Как „очищали" украинский язык

Матеріал з Хронологія мовних подій в Україні: зовнішня історія української мови
Версія від 12:31, 2 липня 2017, створена Victor Kubai (обговореннявнесок)

(різн.) ← Попередня версія • Поточна версія (різн.) • Новіша версія → (різн.)
Перейти до: навігація, пошук

"Правда". 4 октября 1937

Украинские националисты приложили немало усилий к тому, чтобы оторвать украинскую культуру от братской русской культуры и ориентировать украинский народ на капиталистический запад, на фашистскую Германию.

Пользуясь покровительством троцкистских шпионов, пробравшихся в центральные организации Украины, националисты прочно закрепились на культурном фронте и систематически проводили свою гнусную тлетворную работу. Враг народа Хвыля (заместитель народного комиссара просвещения УССР в 1933-37 гг. - KJ) все свои усилия направил к тому, чтобы бороться с так называемыми «русизмами», под которыми часто подразумевались вполне законные и необходимые слова. Эта линия Хвыли стала при поддержки Любченко, Попова и Киллерога официальной. Четыре года «очищался» таким образом украинский язык.

Характерной иллюстрацией этой изменнической деятельности является «Російсько-український словник», изданный Академией Наук Украины в 1937 году. Словарь Академии, естественно, претендует на то, чтобы быть всеоб’емлющим. Но вот странно – все важнейшие социально-экономические термины загадочно выпали из этого всеоб’емлющего словаря.

«Верховный Совет»! Слово «верховный», давно уже приобревшеё гражданство в украинском языке, в словаре отсутствует. Вместо него приведено слово «найвищий», т.е. буквально «высочайший», и «зверхній». Слово «верховный» подвергнуто изгнанию естественно из-за того, что оно идентично русскому слову. Выпало также слово «управлять». Вместо него употреблено слово «керувати» - руководить, направлять, что, как известно, не одно и то же.

Живая практика украинского языка нагло игнорируется составителями словаря, работавшими по указке врагов народа. Это привело к тому, что «батрак» в словаре перевели одним словом – «наймит», за которым установилось теперь другое значение, при чем резко отрицательное – «наемник»: «наймити фашистів», «наймити капіталістів» и т.п. На практике же широко вошло в обиход «батрак». Конечно, слово «наймит» существует в украинском народном языке и у классических писателей (Шевченко). Однако для обозначения известной социальной категории необходимо употреблять слово «батрак».

«Торгаш» переводится «крамар», т.е. лавочник, чем притупляется обличительная сторона этого слова. «Благодушие» по словарю – «безжурність» и «безтурботність», т.е. «беззаботность», хотя вся печать употребляет «благодушність». Однако это слово забраковано за одно только сходство с русским словом.

«Злонравный» переводится «непутящий», т.е. непутевый, чем ослябляется его обличительная сила. «Гонка» переводится устаревшим «гонитва», что означает вовсе не гонка, а погоня. «Старейшина» по словарю «найстарший», получается, что «совет старейшин» - по украински «рада найстарших», что означает «совет старших» или «совет самых старых».

Долго пришлось бы перечислять примеры фокусов националистов – лексикологов, направленных к тому, чтобы не допустить ни одного слова, мало-мальски похожего на русское. В любой отрасли лексики можно найти следы исканий националистов. В словаре – такие перлы, как «брухт»(лом), «брила»(глыба), «сурдут»(сюртук), «лучний»(луговой) и много других.

«Служебные часы переводятся как «урядові години», т.е. правительственные часы. Это вместо всем известного украиснкого слова «службові», единственный не достаток которого – сходство с русским словом.

Не устранена грубейшая вульгаризация в морфологии: словарь предлагает склонять «бюра», «депа», «кипа», пальта», как это предписывалось и скрыпниковским правописанием. Следует заметить, что такие вульгарные формы протаскиваются языковедами с поразительной назойливостью.

Вот образец наплевательского отношения к языковой прктике украинского народа. В словаре приводится даже форма «радіом» (творительные падеж) – единственно с целью избежать сходной с русской конструкцией «передавати по радіо».

Это ли не издевательство над живым украинским языком!

Обращает на себя внимание система подачи синонимов: из них сделана лазейка для протаскивания сомнительных и боле чем сомнительных слов для осуществления старых националистических установок избегать слов, сколько-нибудь похожих на употребляемые в русском языке, избегать интернациональных терминов, вводить обязательно «свои». Например, словрь санкционирует таким образом перевод слова «анархия» - «безладдя».

А наряду с этим не указаны многие формы, ставшие бытовыми в народном языке и украинской советской литературе, украинской советской печати, но нежелательные для составителей словаря.

Смысл всех этих ухищрений очевиден: разорвать живую кровную связь украинского и русского народов, братскую, освященную многовековой совместной борьбой с общими врагами, связь, обновленную и укрепленную Великой социалистической революцией, утвержденную на базе социалистической культуры.

Задача украинских научных организаций, работающих в области лингвистики, - как можно быстрее разделаться с мерзким наследством, оставленным буржуазными националистами и троцкистами – гнусными предателями украинского народа.

Н.Кошевой